«После танцев, мы шли домой к австрийским девушкам. Пилотам повезло, а техник сильно пожалел об этом!»- откровения лётчика РККА

Зимой 1940 года в уфимское педучилище приехал из аэроклуба здоровенный мужчина в лётной форме – отбирать курсантов в аэроклуб. В числе отобранных был и уроженец села Тюрюшево Асгат Валеев. После двух медкомиссий примерно треть ребят отсеяли, но Валеев был в числе оставшихся. «Рост у меня был 167 см., вес всего 55 кг., а некоторые крепкие, рослые ребята, русские, не прошли».

Аэродром был за Уфой, за рекой Белой. Несмотря на морозы, началось с тренировок, лыжных походов, строевой подготовки. Курсантам платили деньги во время учёбы, рублей по 250.

Потом – полёты на У-2 с лыжами. 2 полёта Валеев сделал с инструктором, а уже в третий он его выпустил самостоятельно, как «быстро схватывающего» знания и навыки. В процессе учёбы ещё несколько ребят отсеялись, а оставшиеся – попали в Батайскую авиацшколу, где до войны учились летать на УТИ-4 (И-16).

Налёт часов был маленький, примерно 20-30 часов, не более. В октябре 1941 года Батайская авиашкола перебазировалась вглубь страны – в город Евлах Азербайджанской ССР. Разместились там в открытом поле, откопав землянки большие, на 100 курсантов. Там почти все переболели малярией.

Перед отправкой на фронт группу батайских молодых новоиспечённых лейтенантов, в которой был и Валеев, направили в запасной полк под Горьким. Выдали для обучения и облёта новые, только с завода, самолёты Ла-5.


Асгат Валеев. Фото в свободном доступе.

«Честно признаюсь: точно знаю только того немца, которого сбил последним»

Стреляли всего пару раз: один тащит конус, прикреплённый к самолёту, а другим (3-4 самолёта) надо подлететь и стрелять в этот конус – воздушную цель. И ещё один полёт был с пикированием по наземным целям: рисовали крест или круг, и молодые лётчики на него заходили.

Потом приехал за ними с фронта, из 17-й воздушной армии, Пиндюр Борис Иосифович (1912 – 1944), и полетело пополнение из Сейма Горьковской области до Кировограда, через Воронеж. На фронте Валеев получил позывной «Абрек» и – сразу же – роль ведущего. Ведомым у него всю войну был Дмитрий Шилков из Павлова Посада. Потом Асгат стал командиром звена.

«Мы не считали сбитых немцев — он стреляет, и я стреляю. Часто нас просто просили подтвердить, что сбил самолёт, и всё. Я честно признаюсь, что точно знаю только о том, которого сбил последним», – вспоминает Асгат Нуриахметович.

Это было 8 мая 1945 года. 164-й авиаполк Валеева стоял в Австрии, на аэродроме Бад-Веслау. Оказывал поддержку войскам 2-го Украинского фронта, летая на сопровождение штурмовиков.

По левой стороне Дуная было прекрасное немецкое шоссе. Оно было полностью забито автомобилями и бронетехникой, километров на двадцать: немцы убегали на запад, к американцам.


Асгат Валеев с сослуживцами. Фото в свободном доступе.

Поступил приказ: сейчас по этим огромным растянутым колоннам противника придёт работать группа Ил-2, надо их сопровождать. Взлетели, пошли к цели вместе со штурмовиками.

Встретились с парой Фокке–Вульфов, очевидно, поднятых для защиты своих колонн. Валеев с Шилковым, который оберегал его хвост, подобрались метров на 100-120 к ним. Асгат дал по ним из двух пушек (у него уже был Ла-7) и удачно попал по правой стороне самолёта – в крыло, шасси, мотор. Фокке–Вульф упал, а его пилот спасся на парашюте. Второй немецкий самолёт поспешно бежал на запад.

Основной боевой работой Валеева всю войну было сопровождение и прикрытие штурмовиков Ил-2. «Летали выше на 200-300 метров, чем Илы. Задача у нас одна – не допустить немецкие истребители к Илам». Также летали на разведку, и экстренно – на поддержку наземных войск.

«Техника своего сажаешь на стабилизатор и взлетаешь с ним, а он потом спрыгивает»

Дважды Валеева сбивали. Под Одессой его сзади поразил Мессершмитт. Пришлось выбрасываться с парашютом из горящего самолёта. Приземлился в лесопосадке, травмировался.

Во время Ясско-Кишиневской операции его подбили зениткой «Эрликон» на высоте примерно 8 км. Внизу – вражеская территория, до своих – километров 70. Командир эскадрильи, Зайцев Алексей Кондратьевич, по рации передал: «Абрек! Не вздумай сесть, не вздумай, тяни!»

«Решил тянуть до наших. Подлетаю к берегу, это почти на линии фронта, как воткнулся в берег, взорвался вместе с самолётом, а кабина с сиденьем отбросила меня на 50 метров вместе с ним…. ударился сильно головой… не помню потом ничего, долго был без сознания. Я это потом скрыл, чтобы летать».

Истребитель Ла-5. Фото в свободном доступе.

Во время Ясско-Кишиневской операции и под Будапештом приходилось делать по 3-4 вылета в день. Но когда было затишье, то они мало летали. А перед Ясско-Кишиневской операцией их полк вообще сняли с фронта и дали вроде как отдых на две недели. Лётчики купались, загорали, уху варили.

Бывали и весьма нестандартные случаи. Например, один раз возвращаются на аэродром – а его штурмуют немцы. Женские зенитные батареи стреляют по ним, но всё равно — два самолета и бензозаправщик они успели уничтожить на земле. Одна девушка-зенитчица тогда погибла.

Или вот другое приключение: полевой аэродром раскис, а взлетать надо.

«Тогда техника своего посадишь на стабилизатор и взлетаешь с ним, а он потом спрыгивать успевал».

Ещё. Однажды около Будапешта летчики вечером хорошо выпили, куражились, и Сидоров случайно выстрелил из пистолета, попав в ногу своему ведомому, Саше Иванову. Инцидент бы замяли, да как назло пришла команда – вылетать и встречать идущие на штурмовку Илы, через 5 мин. будут здесь.

Вылетели он с опозданием на 5 минут. Конечно, догнали, но Мессера тоже ждали, где поймать. Вот до прихода истребителей одного Ила и сбили!

Начали разбираться. Сидорова – разжаловали, и в пехоту, в штрафники. Вернулся в свой 164-й полк он примерно 10 мая 1945 года, кровью искупил – осколок у него остался.


Асгат Валеев с сослуживцами. Фото в свободном доступе.

День Победы встретили в Австрии, в каком-то бывшем доме отдыха. Красивое место – горы, леса… Танцевали с местными австрийскими девушками. Им ведь кушать хотелось, а у лётчиков снабжение было отличное, вот местные и ходили в гости к ним. Но потом сильно пожалели об этом. У летчиков венерических заболеваний не было, пронесло. А вот тот техник – заразился сифилисом.

«32 МиГа за два дня облетал и испытал»

В 1950 году Асгату Валееву довелось поучаствовать ещё в одной войне – корейской. Правда, в воздушных боях он участия не принимал. Но активно готовил корейских лётчиков, в Мукдене, на китайской территории. В Корее ведь, когда началась война, то всю инфраструктуру страны полностью разбомбили. Аэродромов не осталось, всё разрушено было в стране.

«В корейском полку вначале учил их летчиков боевому применению и пилотажу на Яках. Готовил машины, присланные с завода. Многие погибли на этих машинах через 1-2 месяца, я даже не успел с ними познакомиться. Против них уже воевала реактивная авиация противника», – рассказывает Асгат Нуриахметович.


Корейские истребители МиГ-15. Фото в свободном доступе.

Потом из Комсомольска-на Амуре пришли в ящиках 32 самолёта МиГ-15 в разобранном виде. Техники их собрали. А Валеев один в течение двух дней все эти 32 машины облетал и испытал, делал на них полный пилотаж. До конца войны он там не был: отозвали в Союз. И продолжил свою службу уже в благополучных мирных условиях.