На премьере 1977 года зал на этом моменте разразился хохотом, хотя ни режиссёр, ни актёры не имели в виду ничего пошлого.
Когда в 1977 году на X Московском международном кинофестивале впервые показали «Мимино», зрители сразу разобрали фильм на цитаты. Но одна фраза заставила зал взорваться смехом особенно бурно: «Ларису Ивановну хочу!». Для советского кинематографа это было невероятно смело — настолько откровенно и эротично звучала реплика героя Вахтанга Кикабидзе.
На самом деле всё оказалось гораздо прозаичнее: всё дело в не очень корректном переводе, объясняет издание Popcornnews.
По-грузински фраза звучала совершенно невинно. «Ларису Ивановну минда» буквально означает «позовите Ларису Ивановну» или «хочу поговорить с Ларисой Ивановной». Глагол «минда» в грузинском языке имеет широкую сферу применения — хочу есть, хочу пить, хочу услышать, хочу поговорить.
Это буквальный перевод с грузинского, — объяснял позднее Кикабидзе. — У нас это значит: попросите её. Мы, грузины, когда друг другу звоним, так говорим.
Георгий Данелия мгновенно понял, какой эффект произвела фраза на русскоязычную аудиторию. На том самом премьерном показе зрители особенно громко и дружно захохотали именно в момент телефонного разговора. То, что по-грузински звучало как обычная телефонная просьба, в русском языке приобрело совершенно иной, двусмысленный оттенок.
Режиссёр, обладавший тонким чувством комического, уловил потенциал этого недоразумения и оставил фразу без изменений.
Данелия — необычный человек, — вспоминал Кикабидзе. — Всех сажал рядом — плотников, осветителей, и начинали лялякать. А он так слушает и подбирает фразы.
Фраза мгновенно ушла в народ и стала культовой. В пуританском советском обществе такая «откровенность» воспринималась как смелый прорыв. Люди цитировали Мимино, не подозревая, что на самом деле повторяют обычную грузинскую телефонную формулу вежливости.